Директор производства Solopharm: Решаем задачи со сроком «еще вчера»

О производственных рекордах, подводных течениях регуляторики и умении решать нерешаемые задачи рассказывает операционный директор производства ООО «Гротекс» (Solopharm) Татьяна Пыпина.

— Татьяна, расскажите о вашем профессионального пути до «Гротекс».

— Я работаю в фармацевтике более 20 лет, в основном, в производственных компаниях. Сменила три места работы и, так получилось, что их можно поделить четко пополам: 10 лет я работала в контроле и обеспечении качества, и 10 лет — в производстве.

— Как вы попали в компанию «Солофарм»?

— Я пришла в 2013 году, когда мне позвонили, и сказали, что для меня здесь есть вакансия. Было интересно: стартап завода, инновационная компания. Но были и сомнения, поэтому я попросила руководителя службы персонала предоставить мне возможность поговорить с тем, кто отвечает за развитие компании. Так состоялось мое первое знакомство с генеральным директором Олегом Жеребцовым.

— Как прошел первый разговор?

— Олег умеет зажечь людей. Я спросила, как он видит ближайшие перспективы компании. И все, о чем мы говорили тогда, я вижу в реальности сейчас.

— Что вы увидели, когда пришли?

— Здание завода, оборудование, которое еще не было запущено и 15 человек персонала. Для сравнения: не так давно мы отметили прием на работу нашего тысячного сотрудника.

— Как вы решились прийти на то, чего еще фактически нет?

— Это было очень интересно. Ты стоишь у истоков и можешь приложить свои усилия для того, чтобы построить что-то новое, вложить в это свою душу и знания.

— Что изменилось за эти годы?

— За последние 5 лет производство «Гротекс» выросло в 3 раза по объему производимой продукции. В октябре мы поставили рекорд: произвели продукции на 1 млрд рублей. На сегодня у нас в наличии более 1000 регистрационных удостоверений на лекарственные препараты. И мы не стоим на месте.

— Если посмотреть на перспективу в 10 лет: как Вы считаете, каким будет «Гротекс» через 10 лет?

— Я представляю себе увеличение объемов производства минимум в 5 раз, несколько производственных площадок по всем востребованным формам выпуска лекарственных препаратов всех форм: твердых, жидких и мягких.

— Говорят, в ближайшем будущем «Гротекс» ждет выпуск биотехнологических препаратов, это так?

— Да, мы работаем над разработкой таких препаратов, в перспективе планируется строительство полноценного биотехнологического производства.

— Производство — это живой организм, а значит оно имеет свойство давать сбой. Были ли в «Гротекс» кризисные ситуации, которые Вам запомнились?

— Я бы не сказала о каких-то глобальных кризисных ситуациях. На мой взгляд, самый страшный кризис фармацевтического производства — это когда препарат наносит непоправимый вред здоровью и жизни потребителя. Такого в «Гротекс» не было.

— Что такое производство «Гротекс» сегодня?

— Это 26 производственных линий, работа 24 часа в сутки, более 500 сотрудников сменного производственного персонала производства.

— Ежедневно вы сталкиваетесь с задачами, которые ставит проект по маркировке. В вы видите здесь основные сложности?

— В достаточно короткие сроки необходимо было найти средства на закупку оборудования, его приобретение, установку и запуск (когда речь шла о вводе закона с 1 января 2020 года). Достаточно большое количество производителей были просто не в состоянии этого сделать.

— Как обстоит ситуация в вашей компании? 

— К январю мы знали, что приедут три пилотных линии для маркировки продукции. На оставшиеся 13 линий оборудование должно было прийти в январе — феврале 2020 года. Мы стояли перед фактом, что большая часть наших продуктов просто не будет выпускаться, в том числе и ЖНВЛП.

— К июлю Вы успеваете?

— Да, мы все успеваем в спокойном и поэтапном режиме.

— На производителя ложиться колоссальная финансовая нагрузка, это так?

— Да, в течение ограниченного количества времени нам нужно было найти средства на 16 линий маркировки. Для нас это составило около 300 млн рублей. Государство предоставляет кредиты для покупки оборудования. Но мы не могли этим воспользоваться. Нам пришлось искать эти деньги самостоятельно.

— 300 млн рублей — это все расходы?

— Вовсе нет. Произойдет увеличение стоимости продукции на 1 рубль, а возможно и больше. В это подорожание входит стоимость самого кода, затраты на материал для маркировки, затраты на дополнительный персонал, более дорогой картон для пачек. В год мы выпускаем 180 млн единиц упаковок. Итого, минимум 480 млн рублей расходов.

— Возникает ощущение, что у производителей накопилось определенное недоверие к проекту.

— Я бы акцентировала внимание на том, что проект влечет за собой жесткий контроль государства за обращение лекарственных средств и финансовых потоков. Это касается не только лекарств, но и в целом, системы. У этого всего есть свои подводные камни, которые мы уже видим.

— Недавно фармацевтическое сообщество всколыхнула новость о введении 449 ФЗ.

— Речь идет о новых правилах ввода в оборот лекарственных препаратов. Это отменяет обязательные сертификации декларирования лекарств, и вводит новый порядок их обращения. Теперь необходимо внести информацию о каждой серии и партии на специальный ресурс, внести туда информацию о полном анализе лекарственного средства, и разрешение уполномоченного лица компании о выпуске в обращении лекарственного препарата.

Более сложная ситуация с препаратами, которые выйдут после 29 ноября. Теперь первые три серии всех новых препаратов мы должны проанализировать в сертифицированных лабораториях Росздравнадзора. Этих лабораторий на территории РФ около 15-16, вы понимаете, какая нагрузка ляжет на все эти лаборатории. До введения закона анализ в таких лабораториях занимал около 40 дней. С 2020 года объем работ лабораторий увеличится, поэтому для себя мы прогнозируем 2-3 месяца на выпуск в обращение нового препарата.

— Как вы относитесь к этим нововведениям?

Мне кажется, это слишком много в единицу времени. Это финансовая и организационная нагрузка производителя.

Но, люди на производстве «Гротекс» умеют решать нерешаемые задачи. Поэтому, мне нравится тут работать. Работа здесь, работа с Олегом Жеребцовым — это драйв, бешеный темп, это сложно и интересно. Это решение, казалось бы, неисполнимых задач со сроком действия еще вчера. Это свобода действия, но и жесткий контроль за выполнением намеченного.

— В беседах с сотрудниками «Солофарм» часто можно слышать определение «уникальный» по отношению к Олегу Жеребцову. В чем, на ваш взгляд, его феномен?

— Этот человек не стоит на месте. Он постоянно растет и развивается, и предоставляет эту возможность своим сотрудникам. Это ценно, и уникально.

— Как Вы считаете, что является основным двигателем компании «Гротекс»? 

— На мой взгляд — ключевым фактором развития каждой компании, и компании «Гротекс» это люди. От того, что мы вложили в наш персонал, от их вовлеченности, уровня квалификации зависит очень многое. Можно купить сколь угодно дорогое оборудование, построить красивое помещение, но без людей это все не заработает.

Источник: Solopharm

КомпанииSolopharm (ООО «Гротекс»)
ДалееКарьера & HR02.12.2019Павел Семьянов – фин. директор Solopharm. Про текучку, кризис и 25 млрд за завод, «которого нет»Карьера & HR25.10.2019HR-директор Solopharm: Да, мы уводим специалистов. Это бизнесРозница & retail25.09.2019Впереди маржа. Сзади маржа. Вокруг эксклюзивы. На носу маркировка

Написать ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *